Максимилиана

К рассвету стало холодно из-за тумана, который опустился на траву. Гай, видя, что девушка мёрзнет, предложил пойти к нему в дом попить чаю. Он жил с бабушкой не далеко отсюда. Бабушка точно ещё спит, а поскольку она уже плохо слышит, то их приход не помешает её сну. Максим согласилась. Она ни разу не была дома у Гая, и ей было интересно посмотреть, как он живёт. Хотя, наверное, ей просто не хотелось возвращаться к себе домой. Ей хотелось продлить вот эти минуты, когда ей так хорошо с ним, спокойно и уютно.

Гай другой, с ним ей комфортно. Он ее никогда не рассматривал, в отличие от всех остальных представителей мужского пола, которые её очень напрягали этим.

***

Попив чаю на кухне, Максим поняла, что засыпает, согревшись и почувствовав усталость. Она пересела на небольшой диванчик в углу кухни и уснула. Гай положил ей под голову подушку и укрыл пледом. Он и сам хотел спать и поэтому присев в плетёное кресло рядом, тоже заснул.

Их сон прервала его бабушка, которая сначала испугалась, найдя их здесь, но потом обрадовалась и сказала, что никуда не отпустит девушку Гая, пока не покормит её завтраком.

Вот так из-за всего этого Максим с Гаем только днём добрались до её дома. Макс уже внутренне приготовилась, что выслушает от всех за такое свое поведение, но всё обернулось иначе.

***

Идя по тропинке и чувствуя, как бережно Гай держит её руку, Максим придумывала в голове тысячи оправданий своего ночного отсутствия. Но уже приблизившись к воротам въезда в их поместье, поняла, что ей это не понадобится.

Ворота были открыты, и на входе отсутствовала охрана.

Гай крепче сжал её руку, и они пошли по широкой дороге вокруг фонтана к ступенькам, ведущим в особняк. Уже при приближении к ним, их взору предстала картина, в которую не хотелось верить. Было впечатление, что в дом ворвались варвары. Двери болтались на сорванных петлях, окна были или раскрыты, или выбиты, из них свисали шторы и часть вещей, которые, наверное, кидали из окон.

И вот эти выкинутые вещи и валялись рядом с домом и на широкой лестнице. Всё было побито, порушено, порвано и исковеркано.

Макс и Гай замерли от увиденного. Затем, так же держась за руки, вошли в дом. В доме картина бедствия была ещё страшнее. Казалось, нет миллиметра поверхности, которая бы не подверглась насилию. Даже цветные витражи и те были выбиты, а картины со старинными полотнами, которые раньше висели на стенах, были просто изрезаны и сорваны со стен.