Рарок и Леса

Время от времени кто-то кого-то "сдавал", не сошедшись в оплате, или очередной ретивый ублюдок из стражников хотел выслужиться перед начальством, и контрабандистов хватали, предавали суду и вешали.

Их сотоварищи сокрушённо качали головами, желали всяческих бед подлым "железнозадым", как здесь за глаза чествовали стражу, а потом договаривались о сотрудничестве с тем же иудой, который "ни за что" погубил "бедного Тома", и продолжали тащить товар в серых мешках через городскую "колючку".

Подлый дух наживы заставлял и легальных, и подпольных негоциантов позабыть о чести и совести, а частенько и о здравом смысле, руководствуясь старым овечьим рассуждением – стадо большое, авось съедят не меня.

За это Зиг, когда служил, презирал и тех и других, но больше любил ловить иуд в форме стражников, нежели бедолаг-ползунов, которым с их рисковых дел доставались порой крохи, коих едва хватало, чтобы прокормить семью. Но время от времени ему требовались услуги последних, когда надо было в служебных целях перейти "колючку" незаметно и без лишнего шума.

С тех пор здесь должно было сохраниться несколько пригородных лазов, одним из которых они решили воспользоваться. Но, чтобы найти это место Зиг повёл их не к защитной ограде, а прямиком через запущенные сады необитаемой фермы расположенной через поле от границы города.

Их путь пролегал так, что со стороны сторожек и внешней патрульной тропы ничего не было видно. Тем не менее, все трое старались двигаться бесшумно, как это подобает охотникам.

Цель, которую искал Зиг, заставила Лесу наморщить носик – в одном из самых глухих уголков, заросшего до состояния непроходимости сада, они набрели на старую покосившуюся уборную с осевшей компостной кучей рядом.

– А кто сказал, что контрабанда должна хорошо пахнуть? – весело, но не слишком громко рассмеялся Зиг.

Вытащив откуда-то ржавые лопаты, он вручил одну Механикусу и вдвоём они быстро раскидали компост, за долгое время превратившийся в землю, но не утративший прелого тошнотворного аромата.

– Выглядит так, как будто ко всему этому лет двадцать не прикасались, – заметила Леса, в которой любопытство победило брезгливость.

– Так и есть, – ответил Зиг. – Этот ход запасной и я рад, что он не тронут.