Рарок и Леса

Беда была в том, что, повторяя его конструктивно, они не обладали подобным ему разумом! Точнее, они не обладали совсем никаким разумом, но всё же создавали иллюзию компании.

Уже войдя в мастерскую, Механикус остановился в раздумье. Ох, и не любил он делать такие вещи, но выбора не было! Вернувшись, он внимательно осмотрел того стража, который стоял ближе, потом извинился перед ним, как будто тот мог его понять и позаимствовал у него линзу.

Глава 4. Ты не монстр!

– Кто ты?

Глаза, которые смотрели из темноты, выражали не злобу и голод, а боль… много боли! Пистолет не дрогнул в руках Лесы.

Его ствол по-прежнему, смотрел между этих глаз, но она задержала движение пальца лежащего на спуске.

– Ты не монстр!

– А ты? – ответила Леса вопросом, хоть и знала, что монстры не умеют говорить.

– Я… был охотником.

Голос из темноты звучал страдальчески-хрипло. Похоже, его обладатель держался из последних сил.

– Был? А сейчас ты кто?

– Я умираю… Подойди, не бойся!

Леса подумала секунду, потом вернула в кобуру пистолет, который держала в правой руке.

Левую руку с таким же пистолетом она по-прежнему, прятала за спиной.

Вдруг, узкое пространство коридора озарила вспышка света. Это было так неожиданно, что охотница едва не выстрелила! Но она вовремя сообразила, что это всего лишь электрический фонарь.

– Не бойся! – повторил голос, и в этот момент девушка увидела его обладателя.

С первого взгляда Леса не признала в нём человека. Он был похож на ворох старого тряпья, среди которого лихорадочно блестели пронзительные глаза.

Этот взгляд она почувствовала накануне. А ещё воняло от этого тряпья похуже, чем от иного монстра!

– Там, – говорил незнакомец срывающимся голосом, указывая куда-то в темноту, – там… моё убежище! Там… оружие… патроны… припасы… Забери всё! Возьми себе! Не оставляй… им! Они учатся… они эволюционируют! Возьми карту! Меня… добей! Моя нога… Гангрена… Больно!..

Он протянул ей засаленную, во много раз сложенную бумагу, которая и впрямь оказалась картой.

Сделав это, незнакомец закрыл свои воспалённые глаза и потерял сознание. Леса задумчиво посмотрела на него. Добить? Вот ещё! Она почти три месяца не видела живого человека, и убить его, не попытавшись спасти, было бы непростительным расточительством.

Отбросив в сторону брезгливость, девушка приложила руку ко лбу больного, затем пощупала его пульс и, наконец, взрезала то, во что была закутана его нога. Да, это гангрена.