Я ждала тебя у окна

Я открывала стеклянные глаза и обрывками видела картинки: ночные фонари, тёмное небо, дома, квартиры, фонари… Чьё-то расплывшееся лицо, какие-то слова, холод на лице, по всему телу, я немного пришла в себя. Я успела понять, что я в чужой ванне на полу в душе и меня кто-то пытается привести в чувство. Голос был знаком, но я боролась с тошнотой и болью в голове.

Кто-то вытер меня, поднял на руки, в отчаянии я прижалась к тёплому телу, пытаясь глубоко дышать, понимая, что это единственное, от чего мне может быть хоть немного лучше.

Чьи-то руки сжали меня, я заплакала, настолько плохо было мне.

Следующий момент я помню, так как почувствовала мягкость под собой: меня положили на кровать. Я свернулась в клубок, всё ещё пытаясь дышать. Кто-то сидел и гладил меня по спине, пытаясь успокоить, заставляя что-то выпить.

Я лежала на постели, дрожала, сжимая какого-то человека в объятиях. Я не понимала, что творю. Возможно, это был всего лишь сон. Но одно было ясно – так плохо мне ещё никогда не было.

В какой-то определённый момент я почувствовала влажное тепло на губах, затем на шее, на ключицах.

Я зашептала, как мне плохо. Словно капризный ребёнок, я заскулила, вертя головой из стороны в сторону. Дрожащими руками я схватилась за волосы на макушке. Кто-то что-то шептал, словно извинялся, но я ничего не понимала.

Тело моё оглаживали, я глубже дышала, что-то мыча под нос.

«Всё это сон… страшный пьяный сон…»

Кто-то стащил с меня вещь, которую ранее натянул на меня в ванне. Тело моё прогибалось, оно чувствовало чужие прикосновения, чужое тепло, чужое влажное тепло, а мне всё так же было плохо.

В тьме своего ума я пыталась этого кого-то оттолкнуть, но сопротивления мои были такие немощные и бесполезные.

Кто-то был нежен, кто-то дарил мне ласку, но я не могла полностью её ощутить, реальность то и дело ускользала от моего сознания, а тошнота и боль не отпускали. Кто-то везде гладил меня, что-то говорил, но я перебивала, не слушала, я только и твердила, как мне нехорошо.

Ответ чужого донёсся до меня отрывками: «…станет лучше… выпила… лекарство… ещё немного…»

Ладони я прижала к лицу, шумно дыша, чувствуя неприятный озноб. Влажное тепло спускалось от груди к пупку и ниже. Мне показалось, что я сказала «Не надо», но я не была уверенна, что я сказала это вообще. Язык заплетался, я пыталась говорить, но не могла, словно свинец был влит мне в рот.

Сознание переключалось. Я словно выпала из реальности ещё на несколько минут.