Спаси и сохрани

Говорят, она ведьма. Один раз навела порчу на одноклассницу – подбросила той в сумку дохлую птицу. После этого перевелась на домашнее обучение. Живёт без родителей, с сумасшедшей бабкой. Я считаю, таким отбросам место в тюряге, а не в нашем лагере, но брат говорит, брать кого-то из неблагополучных семей полезно для имиджа. Инклюзия, все дела. Не советую к ней приближаться.

В этот момент Энжи встретилась взглядом с новеньким. Нет, не просто встретилась – прожгла насквозь. Ваня почувствовал себя перед рентген-аппаратом и по привычке задержал дыхание.

Не помогло. Энжел просветила его, отметила отклонения и поставила диагноз. После чего отвернулась и вновь приняла вид, исполненный безразличия ко всему сущему.

А что если действительно ведьма?

Сусликов сглотнул и поспешил за Владом.

За одной из статуй – ангелом со сложенными крыльями и воздетым к небу мечом – столкнулись со смуглым пареньком. Из его плеч торчали непропорционально длинные руки, а в тёмном пушке над губой угадывались будущие усы.

Паренёк разговаривал сам с собой, будто репетируя.

– Ринат Архимедов, – пояснил Влад, не дожидаясь вопроса. – Местный пикап-мастер. По уши втюрился в Ирочку, но где она, а где он? Вот и пытается теперь склеить хоть кого-нибудь из тянок.

– И как успехи?

– А сам как думаешь?

– Понял, – быстро кивнул Ваня, чтобы замять тему.

Он ещё не пробовал ни с кем встречаться, но знал, что этот момент рано или поздно настанет.

Опасался, что на первом свидании будет выглядеть не лучше, чем этот Ринат.

Кубиком, случайно брошенным в сад, смотрелось здание столовой: прямые углы, бетон и окна во всю стену – ничего лишнего. Наверное, построили недавно. Низкими холмами, похожими на домики гномов, пролегал в отдалении ряд хозяйственных построек.

Вдруг в кустах зашебуршало.

– Стой! Фылькаюсий Ёз из племени Остлоухих обезьян наконетс выследил тебя, ковбой Дзо!

Из зарослей на дорогу выскочил мальчишка лет шести.

С лицом в полосках аквагрима, птичьим пером за ухом и самодельным луком в руках – из кривой ветки и лески. Стрелой служил плохо заточенный карандаш.

– Сдавайся! – Мальчишка нацелил оружие в грудь Владу.

– Брысь отсюда, мелочь пузатая! – шикнул не то Лёха, не то Мирон.

– Я не мелоть! Я индеетс!

Подручные Рукомойникова по привычке хотели применить грубую мужскую силу, но юный хозяин лагеря их остановил.