Мелодия любви. О чудиках, проснувшейся нежности и кухонном детекторе лжи

Так что, если ты на памятник покусишься, тогда это будет скандал на всю страну. И какие последствия могут быть, тебе лучше других известно.

– А если я к майским праздникам дорогу начну ремонтировать?

– Начать – еще не значит, что закончить, – хмыкнул Федос. – После стольких лет ожидания народу нужны твердые гарантии.

– Гарантии! – Глава опять застонал, но уже от безысходности. – Давай, Федос, договоримся так. Ежели до конца июня асфальтированной дороги в деревне не будет, тогда и устанавливайте этот памятник.

– По рукам, – заулыбался тот. – Тогда скульптору позвоню, чтобы с работой повременил.

– А аванс он вам вернет?

– Про аванс ты не переживай, Никифорыч, – заулыбался Федос. – У нас ведь, сам знаешь, какой может быть аванс. Резчик его, наверное, уже выпил весь. Но, люди говорят, мастер он знатный. Если что, он за несколько дней любой заказ выполнит. Так что ты, Никанор Никифорович, сильно-то не расслабляйся.

Глава тяжело вздохнул, отчаянно махнул рукой и, не прощаясь, вышел из избы.

Брошенный

Была пятница. Уже начинало темнеть, а Трифон только возвращался с фермы домой. Тропинка проходила мимо автобусной остановки, где он заметил незнакомого парня, который сидел на скамейке и отсутствующим взглядом смотрел на закат.

– Привет, – поздоровался по деревенской привычке. – Чего здесь сидишь?

– Автобус жду, – спокойно ответил тот.

– Какой автобус? – опешил Трифон.

– Какой-нибудь.

– Ты чего, парень, пьяный?

– Увы, – вздохнул незнакомец. – Хотелось бы мне напиться, но я, к сожалению, непьющий.

– Да? – уважительно удивился Трифон. – А знаешь ли ты, мил человек, что автобусов сегодня в нашей деревне уже не будет?

– Не будет? – Парень недоверчиво посмотрел на деда. – Почему?

– Потому что основная трасса у нас в стороне. До нее почти пять километров. К нам автобусы строго по расписанию приходят. Последний отсюда уходит ровно в девятнадцать ноль-ноль.

– Да?

Молодой человек на несколько секунд задумался, потом пробормотал: «Ну и ладно».

– Что ладно? – забеспокоился Трифон. – Ты где живешь?

– В Казани.

– И как теперь домой добираться будешь?

– А никак. – Собеседник печально поджал губы. – Буду до утра здесь сидеть. Утром первый автобус придет, уеду.

– Как это до утра? Ты же здесь продрогнешь. Да и тебя, наверное, дома ждут. Беспокоятся.

– Не-а. Никто меня теперь не ждет.