Мелодия любви. О чудиках, проснувшейся нежности и кухонном детекторе лжи

Жди. Девять баллов.

– Что за жизнь пошла!? – Жена вдруг вскочила с дивана, схватила собранный чемодан у порога и зашвырнула его на шкаф. – И все из-за жалости. Пожалеешь кого-нибудь, так тебя или в клетку, или замуж. Уйти из семьи захочешь – пробки кругом. Когда это все закончится?

– Утром и закончится, – пожал муж плечами.

– Что?

– Все. И твои страдания закончатся. Утром голова будет свежая, мысли ясные, обиды покажутся глупыми. Ты мне лучше скажи, поесть дома чего-нибудь есть?

– Конечно. Пельмени.

– Не на рынке, случайно, купила?

– Я тебе сейчас как дам, – жена, вдруг, хмыкнула. – Да. А вот если бы тогда в этой общаге тебе неотложку не вызвала, что бы тогда с нами было? Интересно.

– Что, что, – Вася тоже улыбнулся. – То же самое и было.

– Почему это?

– Потому что мужчины из общаги, знаешь, какие живучие? Мы еще и не такие пельмени на рыках покупали. Синего цвета. А твои-то просрочены были всего лишь на неделю.

И тут Васю с Галей пробило на гомерический хохот.

Дубовый памятник

Сначала Федос услышал, как в сенях раздался гневный голос главы сельсовета.

– Где он, этот старый хрыч? – кричал Никанор Никифорович.

Тут же раздался не менее гневный голос бабы Люси:

– Стой! Куда намылился в грязных ботинках? Сначала ноги вытри.

Тут же дверь в избу распахнулась, и ввалился человек в забрызганном грязью плаще и резиновых сапогах. Увидев старика Федоса, вошедший завопил:

– Вот ты где, кровопийца! Рассказывай, чего ты опять против меня придумал? Ну!

Федос не успел сказать и слова в ответ, как на пороге появилась его супруга Люся и опять закричала на гостя:

– Ты почему обувь не вытираешь? Ведь не посмотрю, что ты у нас глава.

– Отстань от меня, бабка, я на службе, – закричал на нее Никанор Никифорович, но на всякий случай стал лихорадочно вытирать обувь о половик. При этом он с ненавистью уставился на Федоса, который спокойно сидел за столом возле самовара и попивал чай из чашки.

– Смотря по поводу чего говорят, – хмыкнул Федос. – Чай пить будешь, Никанор Никифорович?

– Да пошел ты со своим чаем. Скажи, Федос, когда прекратишь надо мной измываться?

– А где я измываюсь? – все так же спокойно спросил старик. – Я не измываюсь.

– Как не измываешься? Люди говорят, ты мне памятник придумал установить в нашем селе? Или врут?

– Нет, не врут. – Глаза у Федоса хитро заблестели.