Белогор. Освободитель

Милтон с двумя бойцами быстро выхватили крайнего головореза, привычно уже перетянули жгутом руку, и один из разведчиков обнажил меч.

– Руби, – кивнул я бойцу.

Вжик, и помещение кабака огласил жуткий вопль, переходящий в бульканье с рыданиями. А левая кисть разбойника шлёпнулась на пол. Какой-то мужик, сидящий прямо передо мной, судя по переднику и вороватому взгляду – сам трактирщик, вдруг побледнел и подкатил глаза. А под ним стала растекаться вонючая лужа. Кто-то из разбойников невнятно заматерился, и я пообещал:

– Будете ругаться – язык отрежу!

Когда у бандита с отрубленной рукой вопли переросли в невнятные всхлипы, я вновь обратился к молчащим разбойникам:

– Товарищи бандиты! Объясняю суть диалога – я говорю, а вы отвечаете.

– Ве-вечер в хату, – нестройно ответили хором связанные по рукам и ногам преступники.

– Очень хорошо, – почти умильно улыбнулся я, – Позвольте представиться: герцог Мораты, граф Пустоши, барон Барума и Лерена Серж Белогор.

Тишина ещё сильнее сгустилась. Лишь у одного из связанных разбойников воздух со свистом прошёл сквозь зубы.

– Правила хорошего тона, уважаемые граждане, требуют ответной любезности. И представления со своей стороны. Потому тот, на кого указываю пальцем, должен назвать своё имя, – я ткнул пальцем в одного из бандитов, – Ты начинаешь!

– Сулим й-а, – чуть заикаясь, ответил бандит.

– Кто главарь вашей банды, Сулим?

– Серм, Серм Хромой! – тут же выпалил разбойник.

– Такой диалог мне нравится, – улыбнулся я Сулиму. И обратился ко всем бандитам: – Прошлой ночью пока ещё не известные мне личности напали на мою усадьбу и убили моих людей. Убийство в нашем королевстве карается смертной казнью. Убийство моих людей карается особо жестокой смертной казнью. Надеюсь, хотя бы кто-то уже слышал обо мне что-нибудь?

– Слышали, – ответил один из бандитов под оглушающее молчание остальных.

– Очень хорошо! Тогда поясню.

– Ваша светлость! – твёрдо ответил всё тот же разбойник, сказавший, что слышал про меня, – Мы ни при чём! Клянусь Визом!

– Тебя как зовут?

– Я Серм Хромой.

– А кто при чём, Серм? Я вижу здесь мои кубки, украденные из моей усадьбы, – я опять поднял серебряные вещицы с монограммами.